Подвиг разведчика

   Редко за последнее время я брался писать статью с большим уважением (чтобы не сказать сильнее) по отношению к герою своей заметки. Уважение к человеку, казалось бы, во всех отношениях мне глубоко чуждому.

   Я говорю о полковнике ГРУ Квачкове.

   Как большинство обывателей, я ничего, кроме кино-теле-дешевок не знаю про знаменитый "Аквариум". При этом я принадлежу к тому меньшинству, которое (может быть, это еще пережиток "диссидентского сознания" с его "презумпцией виновности" в отношении советских спецслужб) не испытывает к ГРУ ни романтического трепета, ни уважения, ни восхищения. Я верил (и сейчас верю), что это работники ГРУ убили мальчика-журналиста Холодова. Слышал, не имею доказательств, но верю, что за ними значится и ряд других маловысокогероических дел. Больше того. Не знаю, участвовал ли Квачков в покушении на Чубайса, но с порога не отвергал бы и эту версию. И, наконец, верю, что Квачков принадлежит к той категории национал-патриотов, которые мне примерно так же "несимпатичны", парламентски выражаясь, как я им, - не зря же его выставляли в депутаты Госдумы от "Родины".

   Все это я написал к тому, чтобы было понятно: все мои социально-культурные инстинкты настраивали меня против абсолютно мне чужого, непонятного, чуждого полковника Квачкова.

   Сегодня этот полковник - пожалуй, чуть ли не единственный человек в российской политике (а он, пусть невольно, стал политической фигурой), к которому я испытываю самое глубокое уважение. Больше того - не просто уважение. Благодарность. Без дураков, без ложного пафоса - спасибо Вам, полковник, за Ваш поступок. Поступков в нашей политике нет - все только "за бабки конкретно", "ты начальник - я дурак, я начальник - ты дурак". От этого страшно тоскливо - полная циничная и глупая безнадега. Квачков совершил поступок, без трепа доказал: нет, и в России в 2005 году не все продаются, не все покупается.

   Собственно, на этом можно бы и закончить, по-моему, все понятно, - и что сделал этот полковник, и за что я ему благодарен. Но все-таки поясню.

   Полковник Квачков сидит в "Матросской тишине". Несколько дней провел в камере с Ходорковским - общались, не подружились, но отношения сложились неплохие.

   Когда МБХ выставился в депутаты, то тут же прошел слух, что депутат Андрей Савельев от имени партии "Родина" предлагает выставить по тому же округу полковника Квачкова. А затем адвокат Квачкова заявил, что официального предложения его подзащитный не получал, но заранее заявляет: если получит, то откажется. Он не хочет бороться с другим "зэком". Он не хочет быть депутатом - хочет на публичном суде объяснить всю правду про свое дело.

   Вот и все.

   Что меня восхитило?

   В этом деле очевидна политическая подоплека. Вряд ли Савельев от своего имени затеял всю эту игру с Квачковым. Кто такой этот Савельев? Ну, подрался с Жириновским, ну, подписал письмо каких-то городских сумасшедших "против евреев". Все это очень мило - но не та фигура, чтобы "с ногами" влезать в дело Ходорковского. Больше того. Едва ли и "Родина" в этой истории главная. Зачем им топить Ходорковского? Да и не факт, что они додумались бы до такого хода - простого, как все гениальное.

   А "ход Квачковым" действительно талантлив! "Против лома нет приема" - листовку с изображением МБХ за решеткой и подписью "Его жизнь в ТВОИХ руках" можно перебить только такой же листовкой в отношении другого зэка. Во всех остальных отношениях полковник ГРУ с русской фамилией, обвиняемый в покушении на Чубайса, "перетянет" в глазах избирателей олигарха с еврейской фамилией, обвиняемого в неуплате налогов (и даже обвиняемого "в политике"). Победа Квачкова была почти гарантирована. Его победа объективно очень нужна Кремлю. Даже если всю интригу придумали не кремлевские политтехнологи, то они все равно ухватились бы за этот вариант.

   Казалось - дело в шляпе.

   А Квачков, СИДЯ В ТЮРЬМЕ, отказался! И ведь понимает, что "начальству" (что бы ни понимать под этим словом) его поступок не понравится, - а отказался! Вы, дорогой читатель, способны на такое мужество? Я - нет. Поэтому я восхищен этим человеком.

   Но больше того. Меня в данном случае АБСОЛЮТНО НЕ ВОЛНУЮТ НИ ПОЛИТИКА, НИ ИДЕОЛОГИЯ. Будь то политика "Родины", Кремля, Ходорковского, идеология Ходорковского или Квачкова. Совершенно не это интересно. А интересно то, что человек отказался от шанса выйти на волю, рискнул навлечь на себя "проблемы" - и почему же он это сделал?

   Ради свободы другого человека? Да, отчасти и поэтому. Видно, слова про "тюремное братство" не выдумки писателей. Видно, гнилое в тюрьме разлагается, а здоровое закаляется, не хочет "вести гнилой базар".

   Но главное, я думаю, не в этом. Отказался - из чувства СВОЕГО ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ДОСТОИНСТВА. Черт возьми - есть, значит, такая штука! Не хочет, чтобы его ИСПОЛЬЗОВАЛИ. Не хочет быть "ломом" в чужой драке, пешкой в чужой игре.

   Понятно, да? Заказные журналисты-политики-попы-офицеры-генералы-певцы, хинштейны, савельевы, жириновские и т.д. - это "норма жизни". Но есть Квачков. Один. В тюрьме. Неужели не покупается, рискуя головой?!

   Еще раз: плевать на политику. Как в анекдоте про Ленина: "Черт с ним, с делом, человека жалко!" Неважно, кто заварил какую интригу. Неважно, каковы идеи Квачкова или Ходорковского. Неважно, кто победит на выборах.

   Потому что есть штука поважнее. Достоинство человека, противостоящего Машине. Человека зовут - Квачков Владимир Иванович.

А Квачкова - надо бы отпустить

   Я еще помню те времена, когда носить военную форму было почетно, а принадлежность к офицерскому сословию трактовалось правоохранительными органами как своеобразное алиби. В процессе перестройки и дальнейших социально-экономических манипуляций государственное руководство с большими сомнениями бросало взгляды на профессиональных военных и периодически устраивало акции по их шельмованию.

   Собственно, это объяснимо. Сугубо гражданским людям, к которым относится подавляющее большинство наших государственных мужей, некогда успешно "откосивших" от службы, кажется совершенно противоестественной военная система с присягой, приказами, подчинением, уставами, дедовщиной и такой странной штукой, как воинский долг. Естественно, что люди, непрерывно и длительно варящиеся во всем этом за сущие гроши, должны иметь какой-то умысел и представлять потенциальную опасность. Ведь нельзя же, в самом деле, с практично-утилитарной точки зрения, всерьез воспринимать агитку о беззаветной службе Родине, чести и достоинстве. Не за такие же деньги?! Здесь что-то не так.

   Этот процесс сомнений еще более усилился притоком на наш телеэкран голливудской кинопродукции с систематическим показом советских офицеров в виде кровожадных и агрессивных кретинов. Они, как стало теперь ясно, угрожали самим своим существованием всей добропорядочной живности, начиная с низших инфузорий и кончая высшим достижением матери-природы - американцами. Вся демократическая общественность на этом выросла.

   К моему удивлению, отечественное офицерство вызывает аллергию и у некоторых патриотических, национально и православно ориентированных групп. В частности, зам. главного редактора агентства "Русская линия" С.Григорьев так откомментировал мою статью в защиту прав военных пенсионеров: "Пока всех, проигравших холодную войну и сдавших Родину врагу, офицеров ещё терпят". Призрак продвинутого правосудия типа "тройка" замаячил перед глазами...

   На этом фоне выглядят вполне оправданными попытки современных милицейских и прокурорских работников (воспитанных на известных фильмах и, естественно, в военной службе не замешанных) выбирать в качестве потенциальных подследственных-террористов преимущественно офицеров или военных пенсионеров. Не дай Бог таковым оказаться поблизости от места событий или следственных действий. Иногда этот приоритет, как в случае с офицером запаса ВМФ Александром Пуманэ, имеет трагические последствия для подозреваемого. В милиции, как известно, его зверски избили, лишили жизни, а честь и достоинство продолжают порочить до сих пор. Убийц, естественно, обнаружить невозможно и в обозримом будущем. Зато огульная криминализация в прессе биографии офицера продолжается.

   Не менее парадоксальной выглядит история с предъявлением обвинения отставному полковнику Владимиру Квачкову в покушении на председателя правления РАО "ЕЭС России" Чубайса. Уважаемый военный ученый, аналитик и эксперт в области специальных операций оказался бывшим сотрудником ГРУ Генштаба, что не может не служить отягощающим обстоятельством. Кроме того, он очутился в нехорошем месте в нехорошее время. Весь винегрет из деталей "покушения", вываленный на уши соотечественников вместе с разнородной бредовой лапшой псевдовоенных комментаторов представляет картину какого-то фарса или виртуальной игры весьма убогого качества. Вероятность участия в подобной "спецоперации" взрослого человека, тем более - офицера, а еще и специалиста в части диверсий, - мизерна. Если Квачкова просто "подставили", то и это носит элементы какой-то инфантильности. Кстати, именно на этом признаке "покушения" я и хотел бы заострить внимание. Показанный по телевидению автомобильный аккумулятор, фигурирующий в деле в качестве явно избыточного источника электропитания, поразил своей громоздкостью и допотопностью. Такой уже трудно где-то обнаружить. Прошлый век. Помнится, нечто подобное я видел минувшим летом во внутренностях заслуженного агрегата типа "Запорожец". На этой иномарке гоняли по нашему подмосковному поселку любознательные подростки в возрасте от десяти до пятнадцати лет. Машина передвигалась преимущественно их мускульной силой, но иногда на спуске она заводилась и оглушала окрестности пронзительным рыком. Ребята приобрели аппарат у местного старика за 300 рублей и множество мелких услуг. Весь сезон они удовлетворяли свой живой интерес к автоделу до полной утилизации объекта. Помогая им иногда разобраться в премудростях техники, я обнаружил, что новое поколение обладает живым умом, изобретательностью, случайными и разнородными знаниями и навыками, доступом к ресурсам интернета и развитыми понятиями справедливости. Способность добывать где-то любые запчасти для любимого авто, - поражала. Некоторая безаппеляционность суждений компенсировалась отсутствием меркантильности и желанием организовать жизнь по правде и совести. Про себя я называл их "тимуровцами", находя много общего с известными персонажами повести "Тимур и его команда" Аркадия Гайдара. Искренняя забота о ветеране - эксвладельце "Запорожца" просто подкупала.

   Так вот, ежели всерьез принять, что факт покушения на Чубайса имел место, то в качестве гипотетических диверсантов, удовлетворяющих всем параметрам и деталям модели событий, могут, пожалуй, быть определены только подростки. В этом случае все несообразности (и даже выключатель от торшера) объясняются именно ограниченными возможностями, малым опытом, юным возрастом и экстремистскими позывами к справедливости. Закладка фугаса, как полагаю, производилась с той же обдуманностью и из тех же побуждений, что и воздвижение знаменитой поленницы дров тимуровцами во дворе ветерана войны, ворота которого украшала Красная Звезда. Тот, кто читал книгу или смотрел кинофильм, - наверняка помнит этот эпизод. Цель операции - та же самая: дедушке должно быть тепло! Трудно ведь найти дедушку, у которого нет претензий к Анатолию Борисовичу именно по данному, кстати, поводу.

   В этом смысле просматривается даже какая-то мистическая судьбоносная связь между фамилиями Гайдар и Чубайс на спирали времен и событий.

   Хотелось бы пожелать прокуратуре успешно расследовать дело и завершить его в суде, предъявляя справедливое обвинение реальным, а не назначенным фигурантам. Учитывая юный возраст потенциальных обвиняемых и отсутствие серьезного ущерба, наказание, думается, не должно быть слишком суровым. Хотя…….

   А Квачкова, - надо бы отпустить…

   Литовкин Сергей Георгиевич,
   капитан 1 ранга в запасе,
   исполнительный секретарь
   Содружества военных писателей
   "Покровский и братья"

Его звали не Никита

   За год, прошедший с момента покушения на Анатолия Чубайса, имя главного обвиняемого превратилось в нарицательное, словосочетание "полковник Квачков" стало устойчивым и вошло в политический словесный оборот, а сам человек и пароход Квачков Владимир Васильевич стал едва ли не народным героем, этаким персонажем из национал-романтической и несколько витиеватой прозы Александра Проханова.

   Именно последнее обстоятельство может спровоцировать совершенно неожиданный ход событий. Сам факт того, что вина Квачкова, допустим, действительно будет доказана, вовсе не гарантирует обвинительного вердикта присяжных. Суд присяжных - это, как говорил А.Ф. Кони, "суд улицы". Тем он хорош, но тем и плох. "Улица" вполне может счесть полковника-спецназовца настоящим народным мстителем и оправдать его, приняв во внимание "смягчающие", а то и отменяющие вину мотивы. А мотивы эти известны из ставшего уже хрестоматийным интервью Квачкова Проханову в газете "Завтра": "С военно-политической точки зрения данная акция есть одна из форм национально-освободительной борьбы. Уничтожение любых иностранных захватчиков и пособников оккупантов, в том числе в экономической области, есть долг и священная обязанность каждого офицера".

   Народная нелюбовь к "всероссийскому аллергену" А.Б. Чубайсу известна. Пробуждающееся нежное чувство электората к В.В. Квачкову тоже известно: в Преображенском округе Москвы он набрал почти 30 процентов голосов (и это в столице, в большей степени склонной к умеренно-либеральным настроениям!). Соответственно, предсказать поведение присяжных, которые не в барокамере живут и руководствуются своими житейскими представлениями о справедливости, в истории с Квачковым невозможно.

   Базовая, а фактически единственная, линия защиты сводится к тому, что покушение было осуществлено "топорно". Говоря по-простому: уж если бы именно Квачков и/или соколы-квачковцы стреляли, то не промахнулись бы. И это тоже влияет на народное правосознание. Хотя едва ли надо доказывать некоторую относительность профессиональных критериев в столь деликатной сфере, как организованные покушения на убийства. Бывало так, что и дама, которую звали Никита, промахивалась. А уж в среде отставных народных мстителей тем более бывают досадные осечки.

   Самое же интересное во всей этой истории - совершенно новая природа возникновения героев нашего времени, превращающихся в реальных политиков. Правда, эта схема возникла спонтанно и в силу стечения обстоятельств, что не отменяет ее эффективности: покушение на непопулярного политика-реформатора - следствие по делу - интервью из неволи - формирование ореола мученика и борца за правду - высокий рейтинг, причем сразу проверенный электорально.

   Если представить гипотетическую ситуацию, при которой Квачков будет выпущен на свободу, нетрудно догадаться, что с благоприобретенной харизмой и пассионарностью отставной полковник ГРУ, считающий действующего президента "подполковником-гауляйтером оккупированной территории", способен стать популярным политиком, ведущим за собой широкие массы. Возможно, это повод задуматься над тем, сколь внезапным образом может поменяться политический ландшафт России к концу политического цикла - в 2007-2008 годах.